Вестник цифровой трансформации CIO.RU

«Технологии блокчейна 2019»: для важнейших решений
«Технологии блокчейна 2019»: для важнейших решений

Сергей Косенков: «Наша ответственность в том, чтобы расчеты в научных центрах и решения, принимаемые на их основе руководителями нефтегазовых компаний, строились на достоверных, первичных геолого-геофизических данных»


13:10 21.01.2019  |  Дмитрий Гапотченко | 2047 просмотров



Чтобы не ошибиться в выборе стратегии разработки нефтегазового месторождения, необходимо оперировать достоверными первичными геолого-геофизическими данными, подчеркивает руководитель ИТ-проектов НПО «Союзнефтегазсервис».

Блокчейн, как правило, ассоциируется у нас с криптовалютами или с неизменностью записей в реестре документов. Однако он оказался востребован и в реальном секторе, где отвечает за истинность первичных данных, на основании которых принимаются дорогостоящие решения. О том, как блокчейн позволяет избегать многомиллионных ошибок при управлении работой скважин, рассказывает Сергей Косенков, руководитель ИТ-проектов Научно-производственного объединения «Союзнефтегазсервис», докладчик конференции «Технологии блокчейна 2019», которую издательство «Открытые системы» проводит 12 февраля.

- Что такое индустриальный блокчейн, отличается ли он чем-то от «обычного»?

Индустриальный блокчейн, как и любой другой, — это набор математических и логических функций и операций. Просто он применяется в реальном секторе экономики в различных целях, в том числе, для обеспечения достоверности данных.

Подтверждение достоверности информации, в нашем случае — получаемой с датчиков на скважинах, всегда было одной из важных задач. Она решалась различными методами. Административными — назначениями прав и паролей, техническими — шифрованием данных, передачей данных по защищенным каналам.

Но затем стало ясно, что достоверность данных можно сохранять при помощи их самих — считать контрольные суммы, шифровать их и распределять по одноранговой сети. Это обеспечит такой уровень защиты, при котором не нужно будет никаких организационных или других технических средств, средств защиты каналов связи. Только в случае необходимости, конечно, если заказчик на этом будет настаивать.

Когда мы посмотрели, что есть наработанного в этой области, то увидели, что такую технологию назвали блокчейн. На тот момент появились работоспособные блокчейн-платформы, которые можно было адаптировать под наши производственные процессы.

По этому принципу мы раньше работали и сейчас работаем, просто длинная формулировка «технология подсчета контрольных сумм последовательной шифрации на основе предыдущего шифра и распределение в одноранговой сети» теперь заменяется одним словом — «блокчейн».

- На производстве всякое случается. Допустим, датчик установили неправильно, выяснилось, что он месяц давал систематическую ошибку в два градуса. В обычной базе данных «руками» скорректировали данные, а как этот вопрос решить в случае применения блокчейна?

Этот вопрос нам первым задают на встречах с нефтяниками. Да, блокчейн не дает возможности поменять в исходных данных что-либо задним числом и скрыть просчеты. И если к нам попали неверные данные — они останутся в системе навсегда. Но, с другой стороны, нельзя сделать вид, что все было сделано правильно, руководство получит достоверную информацию о происходящем на скважине — когда и где что-то не работало, когда и как исправили, какие внесли коррективы.

Тут, конечно, возникает вопрос: что предпочитают руководители при принятии решений – находиться в счастливом неведении либо видеть объективную картину, происходящую на скважине?

А эти решения очень дорогостоящие, потому что, например, один день работы на скважине на суше — это несколько сотен тысяч рублей, на шельфе — уже несколько миллионов. Соответственно стоимость достоверности данных, на основе которых принимаются эти решения, тоже весьма велика.

Если что-то пошло не так, то в большинстве систем удаленного мониторинга есть административный режим, в котором можно остановить передачу данных, наладить датчик, внести в систему правильные параметры раствора в скважине, передать данные заново. Просто все это фиксируется. И вносить поправки, в случае обнаружения неверной работы датчика или еще каких-то проблем с достоверностью данных, в расчеты, конечно, можно, это уже не сфера нашей ответственности.

Наша ответственность в том, чтобы расчеты в научных центрах и решения, принимаемые на их основе руководителями нефтегазовых компаний, строились на достоверных, первичных геолого-геофизических данных. Блокчейн помогает снизить влияние человеческого фактора и возможность компрометации первичных данных.

- Почему вы взяли в качестве основы OpenChain, а не стали писать собственную платформу или не взяли какую-либо корпоративную?

Блокчейн-платформу как таковую разработать относительно несложно, написать к ней интерфейс, пользовательскую оболочку — тоже. И мы сначала хотели разработать свою. Но когда оценили свои силы, мы поняли, что тратить на это три-четыре месяца нет смысла. Так что мы посмотрели, какие есть продукты с открытым кодом, и выбрали OpenChain.

На тот момент это была актуальная, развивающаяся разработка. В текущий момент, увы, приходится констатировать с горечью, что она не развивается. Но есть и другие открытые платформы, на которые можно перенести наши разработки с минимальными затратами. Мы выбрали Hyperledger от Linux Foundation и сейчас переходим на нее.

Что касается того, почему мы взяли открытую платформу, то все аппаратное и программное обеспечение, создаваемое нашим научно-производственным объединением, насколько это возможно, российское.

Микросхемы китайские, конечно, но готовые комплексы — отечественные. Аналогично с программным обеспечением; если есть возможность, мы выбираем продукты с открытым кодом, адаптируем его под наши нужды, создаем готовые решения.

Поэтому, когда встал вопрос о создании блокчейн-платформы, мы не рассматривали возможность покупки ПО западных разработчиков, затем, как я говорил, отказались от разработки с нуля, а взяли продукт с открытым кодом.

- Считается, что больное место блокчейн-платформ — производительность. Вам хватает — на потоки данных с датчиков, видеопотоки?

Когда мы разрабатывали решение, то рассматривали разные варианты — снятие информации раз в десять секунд и ежесекундно. И у нас как раз были опасения, что в «ежесекундном» режиме система не справится. Но выяснилось, что хватает буквально мощности одного ядра восьмиядерного процессора для того, чтобы обсчитывать несколько скважин одновременно.

Если проблемы и возникают, то только на одной стадии — на стадии валидации. На нее может уходить, грубо говоря, от одной до десяти минут. Но мы построили работу таким образом, что валидация происходит раз в сутки по расписанию или в любой другой момент по мере необходимости.

- Каковы планы по развитию платформы?

Сейчас запланировано два направления. Во-первых, мы ставим целью расширение спектра данных, которые мы получаем со скважин. При этом данные, и не только со скважин, но и те, которые дают, например, профильные научные институты, должны быть валидированы, снабжены «подписью» — кто их выложил, когда, с точностью до секунды.

С этими валидированными данными мы хотим работать при помощи программных роботизированных систем – ботов по обработке и интерпретации геолого-геофизических данных. Это второе планирующееся направление развития.

- О чем вы предполагаете рассказать на конференции «Технологии блокчейна 2019», о чем услышать сами?

Я собираюсь рассказать об индустриальном, «немайнинговом» примере использования технологии блокчейна в нефтесервисе. В свою очередь, хотел бы услышать мнения и замечания коллег – участников конференции о нашей блокчейн-платформе для дальнейшего учета этой информации при развитии системы. Интересны примеры использования «немайнингового» блокчейна в других отраслях.

 


Теги: Блокчейн Цифровая экономика Технологии блокчейна 2019



На ту же тему: